Вверх страницы
Вниз страницы

Два балбеса и их тяжёлая жисть х)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Два балбеса и их тяжёлая жисть х) » Похождения балбесов » «Случилось страшное и непоправимое – я женюсь» (с)


«Случилось страшное и непоправимое – я женюсь» (с)

Сообщений 61 страница 70 из 70

61

Знакомство с Клариссой продолжалось - все трое ее новоиспеченных кавалеров стремились показать себя с лучшей стороны, при этом не руководствуясь никакими моральными принципами - проще говоря, для достижения цели (а она вполне понятна) мужчины были готовы на все. Особенно, как выяснилось позже, Фриц.
- Позвольте поинтересоваться, зачем такое светлое создание, как вы, едет в этот хмурый и дождливый Лондон? - Ричард также не был в особом восторге от климата Лондона, но ему стало обидно за город, ставший ему уже почти родным, так что он нахмурился и недобро посмотрел на Вергахенхайта. У того, судя по всему, уже выработался иммунитет к подобным взорам, так что он не обратил на это внимания.
-Я приглашена на свадьбу герра Каррингтона, - сообщила Кларисса.
-А, на его? - Вот падла! - "падла" не осознала своего проступка и продолжила охмурять даму, при этом все еще находясь под пристальным наблюдением вдвойне обиженного товарища.
-А так это вы герр Каррингтон? - Она тоже тупая - это определенно знак.
-Да, - встрял напыщенный Голдман. - Я тоже приглашен на его свадьбу. Как и Фриц с его супругой, - впервые, как решил Рик, от капитана была хоть какая-то польза. Теперь и Фрицу испортили малину. Едва услышав о том, что ее наиболее настырный воздыхатель уже занят, Кларисса принялась вырываться из его коварных пут. Тот, однако, нашел себе оправдание.
-Что вы, брак фиктивный, мы с супругой не испытываем друг к другу никаких чувств, - Кларисса, успокоенная этаким простым высказыванием, которое легко могло быть ложью, перестала оказывать сопротивление и задала собеседникам следующий вопрос.
-А Ри...
-А Ричард, - снова вмешался долбанный Карлос, - очень любит свою будущую супругу..., - "герой-любовник", переполняемый искренним недоумением от ужаса подобной клеветы, подскочил на стуле.
-Да я...
-Как и Карлос свою нынешнюю, - Голдман, который все еще не оставлял надежды понравиться Клариссе, окончательно провалился. Тем не менее, осознавать он этого категорически не хотел, поэтому принялся оправдываться, что со стороны выглядело довольно глупо.
-Да мы с ней не живем вместе...
-Да, жена бросила его. Но он так тоскует по ней.
-Вергахенхайт! Что вы себе позволяете?
- названный товарищ, похоже, окончательно потерявший остатки совести, притворно-удивленно взирал на покрасневшего от злости и отчаяния капитана.
-Зачем вы повышаете голос при даме? - самой даме, между прочим, было плевать на дрязги поклонников - она к ним давно привыкла и научилась не реагировать, покорно ожидая окончания их противостояния. - Между прочим, приличные люди так не поступают, - Фриц перевел взгляд на Клариссу. - Должно быть, вы желаете куда-нибудь пересесть, подальше от этого грубияна? - Каррингтон все это время тупо смотрел на то, как его воображение рисует картину в виде вышеназванной женщины, что постепенно удаляется все дальше и дальше, на прощание помахивая ручкой и обворожительно улыбаясь. Так все и было на самом деле (ну, или почти так) - Кларисса оказалась окончательно оккупирована немцем и уведена им на прогулку. Последняя, по идее, должна была закончиться у ближайшей свободной каюты.
-Эх, - вздохнул огорченный Голдман, провожая дамочку взглядом. - Какая женщина, и кому досталась! - капитан удалился, сопровождаемый отрешенным взором Ричарда. Бедняга тихо страдал от любви. Точнее, от избытка в крови тестостерона.
Еще недолго посидев на месте и подумав о предмете обожания, лейтенант поднялся со стула и побрел в подбпалубные коридоры, дабы найти там что-то для развлечения (коридоры обычно не обладают ничем примечательным, но "влюбленному" этого не объяснишь). И вот, как гром среди ясного неба, когда англичанин уже начал продумывать варианты самоубийства из-за безответной любви и жгучей ревности Клариссы к Фрицу (что с людьми делает столь "глубокое" чувство, с ума сойти!), предмет обожания сам выскочил на него из-за угла. Вот это удача! Однако, рядом с дамой все еще находился Вергахенхайт, что конкретно раздражило Ричарда.
-Ой, а вот и вы, - заговорила дама. - А я уже соскучилась по вам, - Соскучилась! По мне! - мысленно восторгался "Ромео", не обращая внимания на злобный взгляд Фрица, который последние несколько минут считался врагом народа. - Может, прогуляемся в другую часть корабля, я там еще не была, - предложила Кларисса.
-Уж лучше я вас туда провожу, - Вергахенхайт, явно не желая ни с кем делиться своей спутницей, загородил женщину от другого ее воздыхателя. Последний наблюдал за действиями оппонента с некоторой настороженностью во взгляде - как позже выяснилось, не зря. - А ты что на нее вылупился? - тут Фриц перешел от слов к делу и подверг соперника агрессивному физическому воздействию. Сам Каррингтон всегда остро реагировал на чьи-либо оскорбления, причем в любой форме, так что ответ на такое обращение нашелся самим собой - лейтенант, сжав руку в кулак (встречаются и те, кто бьют по чужим физиономиям ладонями, но это уже по женской части), он, собственно, треснул Фрица по носу. Кларисса завизжала и отскочила куда-то в сторону, испуганно закрывая глаза руками - правда, при этом она поглядывала за ходом баталии через щелку между пальцами. А последняя тем временем набирала обороты. Обычно при возне с Вергахенхайтом, которая часто имела место из-за всякой мелочи (например, как тогда в стоге сена), ударов англичанин, как таковых не наносил - можно сказать, просто мял тело товарища. Но сейчас он действительно взбесился не на шутку, так что удары были ничуть не смягченными и действительно доставляли боль оппоненту - Рик, войдя в раж, схватил Фрица за волосы и стал бить об стену. Кларисса при каждом ударе тихо взвизгивала.
-Это, - вещал "каратель", сопрягая каждое слово с ударом. - тебе, - стена рисковала проломиться. - за, - интересно, у него будет сотрясение мозга? - Клариссу, - последняя недоумевающе уставилась на потенциального защитника - что такого с ней сделал наказуемый, чтобы так его истязать? - подонок, - Великий и Могучий сжалился над жертвой и перестал бить ее об стену. Тот, однако, в долгу не остался, так что вскоре на лице Каррингтона тоже появились следы чужого плохого настроения. На шум и визг дамы-наблюдательницы в коридор выбежала Диана, каюта которой находилась сравнительно неподалеку. Едва увидев знакомых людей, что нещадно лупили друг друга по всей площади туловищ, она попыталась как-то вмешаться.
-Вы что делаете, идиоты?! - в порыве решимости она повисла на локте ближе стоящего к ней англичанина, чем, собственно, и навлекла на себя его гнев - дама оказалась отброшена куда-то в сторону и теперь сидела на полу, озадаченно моргая. Кларисса, держась стены и опасливо поглядывая на дерущихся, переместилась к Диане, дабы помочь ей встать. - Совсем уже, - бурчала тем временем фрау Вергахенхайт, поднимаясь на ноги. - Детство в заднице заиграло, - и она, раздраженно выдернув руку из конечности инициативной помощницы, ушла обратно в комнату. Ричард тем временем окончательно решил, что сражение пора прекратить, ибо основную злость он уже выплеснул, а потому быстро вытащил из-за пояса шпагу и приставил ее к горлу Фрица, который только-только собрался начать новую атаку. Оба застыли в эпичных позах, молча разглядывая обоюдные увечья. Кларисса затаила дыхание.
-Все, хватит, - прохрипел англичанин, пока не убирая оружия. - Она этого не стоит, - дама вознегодовала, однако, осталась стоять на месте, ожидая разрешения ситуации. Рик медленно отдалился от оппонента, и, только оказавшись на безопасном расстоянии, убрал оружие в ножны. Можно было подумать, что если бы Вергахенхайт и рискнул снова напасть, он бы его убил - но перед женщиной можно и выпендриться.
-Что значит - я того не стою? - тут же возмутилась Кларисса, посчитавшая, что теперь ее замечание придется к месту.
-Это значит, что вы бесценны, - выкрутился Ричард, целуя дамскую ручку. Та, естественно, сразу просияла, посчитав, что за такой грандиозный комплимент можно наградить воздыхателя по полной программе.
"Программу" они отправились выполнять в каюту женщины. Уже по пути туда, неся существо на руках (а оно, к слову, не было пушинкой), лейтенант вспомнил, что кое-что забыл. Он быстро переместился к тому месту, где покинул Фрица и, показав ему язык, снова отправился по тому же маршруту.
Где-то через час Ричард выполз из спальни Клариссы абсолютно счастливым. Правда, без рубашки, ибо та ее порвала в порыве чувств.
Проводить дальнейший досуг товарищ намеревался в своей каюте за обработкой ран, полученных в драке за свое счастье - туда он, собственно, и поковылял.

0

62

После того, как лица обоих участников сражения были заметно подбиты, Ричард вдруг как-то изловчился и схватил Фрица за волосы. Тот, не подозревая о намерениях англичанина, сначала возмутился лишь тому, что его драгоценную шевелюру, собственно, трогают.
-Придурок, мои воло..., - но тут Фрицу было суждено понять, что Рик имеет гораздо более грандиозные планы, нежели простое терроризирование волосяного покрова товарища - Вергахенхайта приложили о стену, а потому он больше не имел возможности жаловаться окружающим на судьбу и, между ударами, сдавленно замечал: - Ай.
-Это тебе за Клариссу, подонок, - сообщал Каррингтон, проламывая стену каюты головой товарища, который в это время был занят одновременно двумя делами - старался разглядеть что-нибудь вокруг, кроме скачущих темных пятен и, собственно, стены, и дотянуться рукам за Ричарда. Когда "каратель" завершил процесс наказания, Фриц, наконец, дотянулся до друга и, взяв его руками за шиворот, направил лететь в направлении борта корабля. Там, после столкновения Ричарда с преградой в виде, собственно, борта, Фриц переместил Каррингтона в положение лежа на лопатках и принялся с тем же увлечением, что друг недавно стучал по стене, долбить товарища макушкой по полу. Пока "кара" настигала Рика, коварный разбитый лоб испортил Фрицу всю малину - кровь оттуда нагло вторглась на территорию глаз и, собственно, туда проникла, вследствие чего Вергахенхайт был вынужден отпустить друга и заняться протиранием своих глаз пальцами. Пока он этим занимался, Рик старательно возвращался в положение стоя. И вот, Фриц закончил с освобождением глаз от коварной жидкости (а новая порция опять подтекала со лба) и собрался было опять напасть на Рика, как тот вдруг внезапно достал шпагу и, собственно, наставил на товарища. Поражаясь такой несправедливости, Вергахенхайт вздохнул и тоже замер для придания ситуации эпичности.
-Все, хватит. Она этого не стоит, - сообщил Рик, медленно отходя от товарища, по-прежнему держа оружие наготове.
-Угу, - нехотя согласился Фриц и закатил глаза, наблюдая, как сверху, со лба, на переносицу капает кровь. Сие зрелище нагнало на него дурноту, а потому он переместился к борту корабля, сел на него и принялся старательно вытирать рукавом (бедная, бедная рубашка) свой многострадальный лоб. Перед глазами все еще скакала всякая ерунда, загораживающая просмотр на реально существующие предметы. Пока Фриц, раскачиваясь, восседал на перилах, Рик уже успел удалиться с Клариссой под руку, затем вернуться, показать мало соображающему товарищу язык, после чего скрыться опять. А у Вергахенхайта перед глазами уже совсем не проступали контуры данной суровой реальности, а потому он, еще минут пять покачавшись, сполз с перил и благополучно вырубился, уткнувшись лицом в пол (хорошо хоть не за борт, а то ведь он же мог).
Очнулся "герой" (рыцарь, чтоб его) уже в своей каюте. Сориентировавшись в пространстве (он пытался проморгаться и прекратить стук в ушах минут десять, тупо созерцая потолок), он тотчас обнаружил рядом всхлипывающую Диану, причем супруга держала у злополучного лба своего мужа какую-то мокрую тряпку.
-М-м-м, - страдальчески протянул Фриц, пытаясь вспомнить, что с ним произошло, как он тут очутился и кто виноват в произошедшем.
-Очнулся! - радостно пискнула Диана, оборачиваясь куда-то за спину. Тотчас в поле зрения Фрица появился человек в очках. Он отпихнул ошалевшую фрау Вергахенхайт в сторону и принялся с умным видом разглядывать лоб лейтенанта, который в упор пялился на нависшего над ним врача.
-Как самочувствие? - хмуро вопросил доктор.
-Свамо.. сым-мычувствие нормальное, - пробурчал Фриц.
-Голова не болит? Не кружится? Тошноты нет? В ушах не стучит?
-Да-а, - рассеянно протянул Фриц, немного удивившись количеству вопросов.
-Ну, как я и говорил, - кивнул доктор, оборачиваясь к Диане. - Сотрясение мозга. Ну, и лицо немного разбито, но это не страшно. На таких заживает, как на собаках, - Вергахенхайт возмутился такому сравнению.
-Что? - он резко сел, после чего в голове еще громче заколотило. Врач продолжил лекцию:
-Денек надо полежать, а потом уже все пройдет.
-Не буду я лежать, - Фриц кое-как поднялся, опираясь о плечо врача, что смотрел на него с сочувствием и скептицизмом одновременно. - Я в порядке, - Вергахенхайт, шатаясь, направился к двери на подгибающихся ногах.
-Куда ты? - подскочила Диана, хватая отчего-то ледяной рукой супруга за плечо.
-На палубу, - Фриц замер у косяка двери, облокотившись о него и пытаясь утихомирить балаган, что царил у него в голове. - Свежим воздухом подышать.
-Я с тобой, - супруга вцепилась в его локоть, продолжая обеспокоенно заглядывать в лицо.
-Как хочешь, - милостиво кивнул Вергахенхайт. Хотя, он был даже рад, что с ним кто-то пойдет, так как был не совсем уверен в своем вестибулярном аппарате.
Используя Диану в качестве многофункционального костыля, Фриц выполз на палубу. Разумеется, любители посплетничать мгновенно сбежались в кучку, как тараканы, и сгрудились вокруг пострадавшего. Первым высказался Голдман:
-Что это с вами? - холодно вопросил он как бы свысока, как бы все еще будучи обиженным. Фриц отмахнулся, не желая тратить свои силы на объяснение ситуации какому-то упырю.
-О Господи, как так получилось? - заголосила подоспевшая Адальберта.
-Не кричите вы так, - попросила Диана, помогая Фрицу "припарковаться" у стола. - Не видите - он не хочет с вами разговаривать.
Впервые Фриц одарил Диану благодарным взглядом. Раньше она была удостоена лишь взглядами другого свойства. Голдман, потеряв всякую совесть, с любопытством потрогал разодранный лоб подчиненного и вопросил:
-Больно, да? - за что был удостоен слабым, но ощутимым тычком в челюсть, после чего до Карлоса дошло, что его не желают видеть, и он удалился.
Остальные принялись удивленно перешептываться, Диана тяжело вздохнула и положила неспособному к самообороне супругу голову на плечо, а Фриц отгородился от окружающей действительности и принялся релаксировать, закрыв глаза и наслаждаясь ветерком, что дул в лицо.
Процесс релаксации был безжалостно прерван подбежавшей Мирандой. Она отнюдь не стала сочувствовать, или интересоваться, что с лицом у Фрица - она прямо вопросила:
-Где Ричард?
Вергахенхайт нехотя открыл глаза и уставился на нарушителя спокойствия.
-А мне откуда знать?
-Вы же вместе сидели.
-Сидели, а потом разошлись, - с недовольством буркнул Фриц. - Не знаю я, где он.
-Но я не могу его найти! - с таким отчаянием сообщила Миранда, будто бы это могло что-то изменить и заставить Фрица броситься на поиски Рика.
-Он же не малый ребенок? Зачем его везде искать? Нагуляется и сам придет, - довольно резко отозвался Фриц. Миранда собралась что-то еще сказать, как тут за ее спиной нарисовался сияющий Голдман и, радостный, что может еще кому-то напакостить, сообщил:
-А, так он, наверное, у Кла...
-Голдман! - возмущенно перебил его Фриц.
-А! Вы что-то знаете! Оба! - воскликнула Миранда, поочередно показывая пальцем на Фрица и Карлоса.
-Капитан ошибся, - процедил Вергахенхайт, прикрывая глаза и прикладывая холодную руку жены, выполняющей еще и роль компресса, к виску. - И капитан уже уходит, да?
-Нет, - пожал плечами Голдман. - Я ценю правду и стремлюсь сообщить, что...
Договорить ему не дали, так как Вергахенхайт кинул в начальника оставленное кем-то на столе черствое пирожное. Карлос получил им прямиком в лоб, а потому заткнулся, недоуменно потирая пострадавшее место и даже подрастеряв свои навыки красноречия от неожиданности. Миранда не перестала подозрительно пялиться на обоих мужчин. Фриц страдальчески вздохнул и вопросительно посмотрел на Диану - та поняла его правильно и сама взялась за изгнание Голдмана.
-Вы совсем без совести что-ли? Посмотрите - у моего бедного Фрица сотрясение мозга, у него кружится голова и ему очень сложно говорить! А я жду ребенка, и мне нельзя нервничать. А тут вы лезете! Отстаньте от нас! - Фриц гордо кивнул, завершая пафосную речь супруги. Голдман вздохнул и удалился. Миранда, также оценившая перспективы, отползла подальше от истеричного семейства и пристроилась где-то за столом, нервно постукивая пальцами по столу.

0

63

Ричард спокойно полз к своей каюте без рубашки, как-то не задумываясь о том, что выглядит не самым приличным образом - он все еще витал где-то в облаках, вспоминая счастливые минуты, проведенные в объятьях Клариссы. Вполне естественно, что он не чувствовал никакой боли от ссадин и здоровенных синяков, что поставил ему Фриц - счастье, которым он светился, просто перекрывало все отрицательные ощущения, хотя о самом существовании этих повреждений лейтенант знал. Как позже окажется, не о всех.
И тут, совсем некстати (закон подлости всегда работает безотказно), в коридоре объявилась взволнованная Миранда. Едва завидев жениха, которого она разыскивала уже довольно долго, дама кинулась ему навстречу.
-Где ты был? - тут она заметила, собственно, некоторые изменения в состоянии его тела. - Откуда все эти раны? - Рик равнодушно оглядел свое бренное туловище, про себя отмечая, что Фриц нанес ему порядочные травмы. Однако, самая большая царапина, по совместительству являвшаяся и самой глубокой, оставалась вне области его зрения - она проходила почти точно по линии ключицы. Вергахенхайт, оказывается, обладал ювелирной аккуратностью, демонстрировать которое ему помогало кольцо-коготь, что, к слову, всегда являлось основным "вредителем" в стычках товарищей.
-Откуда надо, - сообщил Каррингтон по завершению осмотра. - Дай пройти.
-Нет, - Блэнкеншип скрестила руки на груди и принялась гневным прищуром созерцать собеседника. Как будто подобные позы и взоры могли его испугать. - Ты что-то от меня скрываешь.
-Я и не собирался тебе рассказывать о каждом своем действии, - англичанин без труда отпихнул женщину с прохода к стене, хотя та и попыталась выразить свой протест. - Уйди куда-нибудь, настроение портишь, - Миранда растерянно пронаблюдала за тем, как "счастье всей жизни" все больше удаляется от своего персонального репейника. Естественно, последний не послушался чужого совета и бодро поскакал за тем следом, при этом еще осмелившись заговорить.
-Так все-таки, где ты был?
-Отвали.
-Нет, ты..., - Ричард, наконец, достиг своей комнаты и с явным удовольствием захлопнул дверь перед самым носом дамы. Но по рассеянности забыл закрыть створку на щеколду, поэтому существо беспрепятственно просочилось следом. Едва лейтенант собрался выставить ее обратно, Блэнкеншип затараторила: -Ладно, можешь не говорить. Сядь, я их обработаю, - на это Рик был согласен, ибо сам он не знал, что делать в подобных случаях, поэтому он кивнул и сел на взятое поблизости кресло. Дама же, получив утвердительный ответ "пациента", куда-то побежала и вернулась уже через пять минут с чистыми бинтами и тряпицей, судя по запаху, пропитанной какой-то неприятной субстанцией.
-Что это за отрава? - поморщился Каррингтон.
-Отвар подорожника, - с умным видом сообщила Миранда, откладывая бинты на стол. - Он у меня всегда с собой, на всякий случай, - женщина пристроила компресс в руке поудобнее и приблизилась к истязаемому субъекту. - Сядь ровно, - дождавшись изменения положения чужого туловища в пространстве, она прикоснулась к той самой злополучной царапине на ключице, вследствие чего оказалась откинута в другой угол комнаты - да, ссадина действительно оказалась слишком болезненной.
-Аккуратней можно?! - заорала "жертва", судорожно дуя на повреждение, которого, правда едва удалось достичь.
-Я и так аккуратно! - заявила Блэнкеншип, вставая с пола. - Ты просто не умеешь терпеть!
-А я не собираюсь этим заниматься. Либо ты помогаешь мне адекватно, либо не суйся, - девушка вздохнула, таким образом негодуя на чувствительность жениха, и снова, правда, теперь едва ощутимо, дотронулась тряпицей до царапины. В этот раз Ричард взял себя в руки и перетерпел противную процедуру, так что вскоре он был замотан в бинты - Миранда, правда, и тут перестаралась, ибо замотала пациента слишком туго и в два слоя. Тот, естественно, не преминул пожаловаться медсестре-недоучке на неудобство, но когда та предложила все переделать, все равно отказался - еще раз испытывать все ужасы перевязки он не хотел.
Наконец, настырная Блэнкеншип, чересчур настойчиво предлагавшая лейтенанту пойти гулять по палубе, была окончательно выдворена в коридор вместе со своим отваром подорожника. Выходить сегодня еще куда-нибудь Каррингтон категорически не хотел, поэтому, что вполне логично, остался в комнате. Пару раз ему в голову пришла идея проверить, где сейчас дислоцируется Фриц и не умер ли он (сплошной позитив, ничего не скажешь), но он быстро отказывался от данной идеи по вышеизложенной причине. Вариантов, чем тут заниматься, практически не было, разве что читать и спать. Созерцать уже кем-то написанные слова и предложения, что, по идее, должны складываться в произведение, он также не желал (какой капризный), ибо те наверняка не пожелали бы оказаться кем-то прочитанными и начали бы расплываться перед глазами. Тем более, в каюте из "источников знаний" были разве что забытая предыдущим обитателем комнаты брошюра из мюнхенского театра (между прочим, с "Ациса и Галатеи", так что Рик счел нужным ее порвать) и оставленный им же просроченный билет. Оставался только один вариант - лечь спать. Англичанин задвинул шторы, снял сапоги, и, собственно, лег на кровать. Единственным, что мешало ему уснуть, была все та же дурацкая повязка, которую пришлось с себя снять - теперь бинты покоились где-то под кроватью и их заменила обычная ночная рубашка. Спал он, несмотря на раннее для упокоения время, крепко и до самого утра. Правда, вечером Миранда попыталась проникнуть в комнату жениха, но была отослана к себе в спальню, ибо кровать там уже высохла.
Корабль прибыл в Лондонский порт ближе к полудню, когда Каррингтон, к собственному удивлению, еще спал. Проснулся он только когда капитан начал обход кают и принялся стучать во все двери, заставляя пассажиров подниматься и покидать борт судна. Ричард, жутко недовольный тем, что его разбудили, сполз с кровати, оделся, взял свой валявшийся где-то рядом с бинтами чемодан и поперся наверх. Там он стал вяло отнекиваться от различных притязаний Миранды, что выносила ему мозг сетованиями на то, что он снял повязку. Клаус, к счастью, пусть и неумышленно, пришел на помощь и стал читать Блэнкеншип свои стихи, посвященные ей.
Все пассажиры до поры до времени распрощались с Патриком и его дочурой, что пообещала женишку приезжать, и отправились по своим жилищам - естественно, что Вергахенхайтов Рик взял к себе на квартиру, что наверняка доставит ему множество проблем в будущем.

0

64

Под конец дня, когда Диане надоело релаксировать на палубе вместе с Фрицем, и она удалилась в каюту, Вергахенхайт уже абсолютно не ощущал никакой боли в голове, стука в ушах и не наблюдал скачущих пятен перед глазами. Как и в случае с ребром (а о нем "пострадавший" уже напрочь забыл), ранение оказалось не сильным, а потому Фриц быстро реабилитировался и готов был дальше подставлять свою голову под удар, если того требовала жизнь, полная приключений. Единственное, что сейчас его тревожило, так это разбитое лицо, но и это быстро пройдет. До свадьбы Рика заживет.
К вечеру на Фрица внезапно напал такой расслабон, что он даже стал дружелюбней со всеми обращаться, не наорал на Голдмана и даже пожелал тому приятного аппетита. Сам он есть не хотел абсолютно (видимо, так на нем сказалось маленькое, да удаленькое сотрясение), так что он просто умиротворенно созерцал, как питаются другие пассажиры корабля. После ужина к Фрицу, дислоцировавшемуся у борта судна, подсела Астрид, начав, по обычаю своему, терроризировать мозг случайной жертвы. И это просто счастье Рика, что в этот раз он успешно миновал кары и не стал той самой жертвой - Астрид не имела счастье созерцать "любовь всей жизни". Только его друга, что представлял меньший, но хоть какой-то интерес.
-Привет, как дела? - Астрид использовала все тот же шаблон при встрече.
-Уже здоровались, - рассеянно отозвался Вергахенхайт, абсолютно позабыв, что утром приветствовал фройлян Миллер матюками. - Нормально дела.
-Так что с лицом-то, не расскажешь? - Астрид старалась как можно менее навязчиво разглядывать разнообразные ссадины на физиономии Фрица, но получалось, что смотрела она в упор. Да, конспирации ей еще учиться и учиться.
-Ничего особенного, - лейтенант задумчиво потрогал лоб пальцем. - Врезался в стену.
Астрид откровенно заржала.
-Представляю эту картину, - она одарила "лгуна" скептическим взглядом. - Что, тебя, офицера морского флота, укачало на корабле, и ты несколько раз влетел в попавшееся на пути препятствие?
-Да, - Фриц еще раз задумался. - Ну, не без чужой помощи, конечно.
-Ясное дело, - Астрид пододвинулась ближе к источнику сплетен. - Я и пытаюсь выяснить, кто это сделал.
-Зачем? - Фриц скептически повел бровью, пытаясь отодвинуться от женщины в сторону. Ее странное отношение к Ричарду всегда настораживало Вергахенхайта, а сейчас любопытство дамы и вовсе выносило ему мозг. - Хочешь так же?
-Нет конечно, - от Астрид, однако, было не так то просто отодвинуться - она двигалась с точно такой же скоростью. - Просто интересно.
-Проведи расследование. Я дам тебе подсказку - у человека, что это сделал, также имеются повреждения в районе головы. Походи, поищи. Может, обнаружишь.
-Да тут у каждого второго повреждения в районе головы, - фыркнула Миллер. Тут она схватила "допрашиваемого" за локоть. - Ну скажи, вы же подрались с Ричардом?
-С чего ты взяла? - Вергахенхайт опасливо покосился на любопытную даму, но отодвинуться больше не мог - его крепко держали, не давая двинуться с места.
-Ну, а с кем ты еще мог поссориться? - Астрид принялась беспечно болтать ногами, сидя на борту корабля.
-Да с кем угодно, - Фриц оглядел всех присутствующих на судне. - С Голдманом, например.
-Он целый, - Астрид указала пальцем на ржущего над чем-то в компании с Клаусом капитана.
-Тогда с Кристианом, например, - предположил Фриц. "Детектив" не повелся.
-Тогда ты был бы уже при смерти. Посмотри на него, - Астрид снова показала пальцем на Берга, что как раз выходил на палубу. - Шкаф.
-Пальцем показывать неприлично, - но жутко удобно. - И вообще - отпусти меня.
Астрид продолжила болтать ногами.
-Тогда я потеряю равновесие и упаду.
-А мне какое дело?
-Мы же друзья, верно?
-Ну..., - Фриц задумался. - Не знаю.
-Не знаешь? - Миллер нахмурилась. - То есть, ты мне не друг?
-Я же говорю - не знаю, - пожал плечами поражающийся такой тупости Вергахенхайт.
-Ну и пожалуйста, - Миллер фыркнула и отпустила локоть "недодруга". Затем, обиженно скрестив руки на груди, продолжила размахивать ногами, что Фриц созерцал с молчаливым ожиданием. Его предположения подтвердились - пискнув что-то напоследок, Астрид благополучно свалилась за борт, повиснув где-то в районе ватерлинии. Фриц помахал ей сверху рукой и направился к капитану корабля, чтобы сообщить радостную весть. Хозяин судна был обнаружен тут же, на палубе, а потому был "обрадован":
-Астрид скоро утонет.
-Что?! - подскочил капитан. - "Астрид"?! Мой корабль?!
-Да не корабль, а баба, - с недовольством пояснил Фриц. - Зовут ее Астрид.
-А-а-а, - с видимым облегчением вздохнул капитан и продолжил смотреть на свой компас.
-Эй, - Фриц помахал перед лицом мужчины рукой. - Вы не поняли? У вас человек за бортом.
-А-а-а, - снова закивал капитан и, закрыв компас, направился спасать фройлян Миллер. Фриц за процессом поднятия на борт помятой Астрид наблюдать не желал, а потому скрылся в своей каюте.
Внутри его уже ждала Диана - она торжественно восседала в своей сорочке посреди кровати, приняв, как ей казалось, самую сексуальную и соблазнительную позу. Вергахенхайт спокойно переоделся за ширмой и, миновав восседающую на его пути жену, улегся в кровать и накрылся одеялом. Диана непонимающе уставилась на него через плечо.
-И? - выдала она поразительный по своей простоте звук.
-Что? - удивился Фриц, которому было неясно, что от него опять надо.
-Как "что?"? - она развернулась лицом к собеседнику. - Я решила, что зря отказалась утром от исполнения супружеского долга. Так что, давай.
-Отстань, - Фриц зевнул и перевернулся на другой бок. - Ты свой шанс уже упустила. Я же не могу захотеть тебя по заказу.
-Как? - опешила Диана. - Но утром...
-Утром еще не было Клариссы и сотрясения мозга.
-Что еще за Кларисса? - нахмурилась супруга, пытаясь развернуть муженька к себе лицом.
-Спроси у Голдмана, он знает. А я спать хочу, - Фриц демонстративно накрыл голову одеялом, забаррикадировавшись от суровой действительности.

Утром Фриц и Диана довольно весело и бодро собирали свои вещи. Диана не могла вместить все свои платья в сундук даже с помощью прислуги (вот парадокс - скачала они влезали, а теперь уже не помещаются) и, пока Фриц курил на палубе, присвоила его сундук себе. Вернувшись, немец обнаружил, что ему свои вещи деть некуда, а потому, наорав на наглую жену, высыпал ее платья обратно на пол. Затем Диана потребовала помощи в утрамбовке вещей, а потому они вдвоем еще минут пять увлеченно скакали на крышке сундука под скептическими взглядами дианиной горничной и лакеев, ожидающих, пока им поручат поклажу. И вот, семейство, слившись с толпой остальных пассажиров, высадилось на берег Лондона.
У порта всем было радостно объявлено, что Рик живет недалеко, так что пойдут они туда пешком, после чего Адальберта рухнула "в обморок", Отто (до сих пор неясно, зачем его потащили в Англию) со вздохом убрал книжку, Кристиан принялся жаловаться, что у него промокли ноги, Николь выглядела довольно бодро, как и ее брат (он с утра был в положительном настроении), а вот Диана на берегу только и жаловалась, что ее шатает, штормит, и что она вообще прямо сейчас родит (поразительное заключение). В общем, когда все проблемы были улажены, компания поперлась на квартиру к Рику.
В квартиру сначала вошли Рик с Фрицем, так что Вэнди, встречающая их на пороге, воссияла. Но ее улыбка постепенно таяла, пока она созерцала входящих за лейтенантами воинственно настроенную Николь, разглагольствующего Кристиана, молчаливого Отто, жалующуюся Адальберту и рыдающую где-то в конце колонны Диану, а после и всех их слуг с многочисленными сундуками и котомками.
-Это..., - Вэнди судорожно сглотнула и схватилась за косяк двери, - что?
-Это, - дружелюбно принялся объяснять Фриц, - моя семья. Мама...
-Для прислуги - госпожа Адальберта, - вставила та.
-Папа...
-А он - герр Отто, - не преминула заметить мать.
-Герр? - заморгала Вэнди.
-Мистер Отто, - подсказал Фриц. - Это моя сестра - Николь, это ее муж - Кристиан. А это, - Фриц встряхнул рыдающую Диану, чтобы она соизволила прекратить реветь, - жена моя, Диана.
-О-о-о, - Вэнди принялась завороженно созерцать "ту-самую-женщину-что-взяла-на-себя-такую-ответственность".  - Жена-а-а?..
-А теперь, милочка, - прервала ее Адальберта, - соизвольте прекратить разглядывать супругу моего сына и приготовить нам что-нибудь поесть.
-Так у меня готово, - заулыбалась Вэнди. - Рыбный суп, а на второе макароны с...
-Фу,
- прервала ее мать Фрица. - Приготовьте нам, милочка, жюльен с грибами и курицей, на второе антрекот с яйцом, а на десерт, будьте добры, закажите тирамису в самой приличной пекарне города. Наши лакеи вам помогут. Все ясно?
Вэнди застыла, исступленно созерцая источник враждебных звуков.
-Но мак-кароны...
-Забудьте о них, - Адальберта ткнула Вэнди пальцем в грудь. - И, надеюсь, вы помыли все комнаты? Я не собираюсь спать с тараканами. Говорят, от этой влажности они здесь много плодятся. В комнатах же нет тараканов?
Вэнди некоторое время помолчала а потом вдруг зарыдала так громко, что даже Диана притихла, после чего служанка поспешно убежала на кухню, закрывая лицо фартуком.
-Мам, - укоризненно сказал Фриц. - Ну зачем ты так?
-Пусть знает свое место, - фрау задрала подбородок. - Покажите мне мою комнату.

0

65

Ричард по прибытию в свою квартиру в компании с временными сожителями стал свидетелем сцены, при которой эти самые сожители довели его служанку до слез. В частности, сей нехорошей деятельностью вплотную занялась дотошная до мелочей Адальберта.
-Пусть знает свое место, - оправдалась дама.
-Она-то свое место знает, - возмутился Каррингтон. - А вот вы, фрау, похоже, что нет.
-О чем это вы? - мать Фрица с подозрительным прищуром посмотрела на потенциального воспитателя.
-Если вы забыли, то я вам напоминаю, что вы в гостях. И вести себя нужно скромнее, - он открыл первую по коридору комнату, в которой, как он помнил, была самая широкая кровать - сия квартира была вообще-то рассчитана на большую семью, но другого приличного варианта для съема не нашлось, так что пришлось переплачивать. Но сейчас не об этом. - Если размещать вас поодиночке, места не хватит - будете спать с герром Отто, - старикан трагично вздохнул.
-Как это? - Адальберта захлопала глазами. - Я привыкла располагать собственными апартаментами, и не собираюсь себя ограничивать.
-Тогда добро пожаловать на улицу, мэм, - фыркнул лейтенант, кидая свой сундук в сторону своей же комнаты - тот пролетел порядочное расстояние, и, с размаху открыв дверь, влетел в спальню хозяина, где и упокоился на полу. - Прошу-с. Николь и Кристиан будут спать в соседней комнате, - названные товарищи, обогнув застывшую в недоумении Адальберту, поперлись устраиваться на новом месте. - Фриц, ну... Ты сам понимаешь, - Каррингтон развел руками в стороны и, шумно чихнув из-за пыли, которую мимо проходящий Кристиан стряхнул с собственных плеч (откуда она там взялась?), поперся на кухню к Вэнди. Слуг пришлось разместить в соседнем доме, потому что предоставлять в распоряжение лакеев и горничных богатые комнаты квартиры Голдмана было бы несправедливо и нелепо. Вэнди все еще находилась в состоянии крайнего расстройства, но уже успокаивалась и только всхлипывала, не поднимая глаз на вошедшего.
-Не обращай внимания, эта старая карга со всеми так, - сообщил лейтенант, не обращая внимания на то, что карга стоит у него за спиной. - Если не хочет есть, может оставаться голодной.
-Угу, - всхлипнула горничная, вытирая глаза тыльной стороной руки.
-У тебя есть вода, руки помыть? - Вэнди молча покинула место своей прежней дислокации и поперлась к очагу, чтобы взять оттуда резервуар с теплой водой. Адальберта же сочла нужным, наконец, заявить о своем присутствии.
-Простите! - от неожиданно громкого звука Ричард подскочил на месте, и, повинуясь уже отработанному рефлексу битья внезапно подкравшихся сзади существ, собственно, зарядил фрау по плечу. Та сдавленно вздохнула, и, едва успев схватиться рукой за пострадавшую конечность, рухнула на пол. Вэнди озадаченно покосилась на свою обидчицу, и, снова всхлипнув, продолжила заниматься своими делами. Каррингтон же обернулся, чтобы посмотреть, кого прибил, и, выяснив для себя это, снова отвернулся, так ничего и не сделав. Горничная наконец раздобыла теплой воды для работодателя и торжественно вручила тому резервуар с ней. Поблагодарив даму, лейтенант перешагнул через Адальберту и поперся к себе в комнату, дабы там свершить необходимый туалет. По пути он столкнулся с Кристианом, вследствие чего расплескал на себя половину содержимого таза и остался этим, мягко говоря, недоволен - Берг не пожелал слушать чужие претензии, хоть и обоснованные, и молча скрылся в своей комнате.
Наконец, лейтенант умылся оставшейся водой, сменил мокрую рубашку (с каждым днем их оставалось все меньше) и поперся в столовую - там уже лежала на диване полумертвая фрау Вергахенхайт, старательно обмахиваемая двумя веерами Николь.
-Как мне плохо, - еле слышно причитала Адальберта, слегка поворачивая голову в сторону новоявленного обитателя столовой. - Это все вы виноваты.
-Нечего меня так пугать, - Рик занял свое извечное место за столом, на котором сидел еще во время визита Колина и Джейн (да и задолго до этого тоже). Герр Отто, к слову уже сидел напротив и как всегда читал какую-то книжку.
-Я вообще в этом не виновата, - заявила жена вышеупомянутого старикана, которой внезапно стало лучше. - Это все вы со своими нервами.
-Да кто бы говорил, - англичанин налил себе стакан воды - видимо, опять пытался заменить себе отсутствие вина. Скоро это должно было перерасти в ломку, что продлится до свадьбы. - У меня с нервами все нормально, - тут сидящая у окна Диана, все это время печально созерцавшая улицу, некстати начала громко всхлипывать, явно готовясь зареветь. - А ну заткнулась быстро! - рявкнул тот, у кого с "нервами все нормально" (хотя в данной ситуации действительно вполне уместно вспылить). Жена Фрица озадаченно перестала жевать сопли и посмотрела на "успокоившего" ее товарища. Этим проявлением раздражительности оппонента тут же воспользовалась Адальберта.
-Ну вот, - отчего-то гордо сообщила она. - А говорили, что у вас с нервами все нормально.
-А у меня действительно все с ними нормально, - Каррингтон допил стакан и налил себе еще воды. - Просто иногда случаются срывы, - комментарии излишни.

Когда все поели, в том числе и фрау Вергахенхайт, которая до этого категорически отказывалась от "неблагородной" еды, Ричард отправился спать, ибо с дороги он сильно устал - к тому же, через пару недель у него намечался самый ужасный день в жизни.
Мы не будем описывать подробно дни, проведенные товарищами в ожидании дня торжества, поэтому сразу перейдем к делу. Рик, естественно, с самого утра был не в духе, а потому вышел из спальни только уже в полной "боевой" готовности, дабы никого раньше времени не видеть. Все вокруг суетились и бегали, чем изрядно бесили - Вэнди, которая тоже была приглашена на свадьбу, носилась туда-сюда с горячими щипцами для завивки волос, Адальберта просто выносила мозг речами о том, как надо себя вести, Диана опять отчего-то ревела, а Кристиан просто занимал слишком много места. Наконец, все платья были одеты, прически сделаны, серая масса изъята из черепной коробки, и, встретив на выходе из дома Клауса, все погрузились в кареты. Каррингтон по пути молча слушал восторженный щебет Бауэра о том, что тот крайне рад служить столь великой цели, как соединение двух любящих сердец, и тоскливо смотрел в окно. Небо было характерно хмурым, вот-вот должен был сорваться дождь, о чем говорили несколько капель на стекле - их количество постоянно увеличивалось.
Наконец, процессия подъехала к Саутваркской церкви, где и должно было состояться венчание - внутри, судя по шуму, уже было довольно много людей и все они что-то оживленно обсуждали. Лейтенант выполз из кареты, и, демонстративно сохраняя на лице грустное выражение, в сопровождении Клауса пополз внутрь. Гости тут же перестали шептаться и уставились на вошедшего, дружно проводив его взглядами до самого алтаря - когда жених установил свое бренное туловище там, человекообразные снова заговорили. Священник стал что-то втолковывать Ричарду про заранее приготовленную клятву верности, но тот только отмахнулся от старикана и снова погрузился в свои мрачные мысли. Напыщенные Голдман и Бауэр стояли рядом, чем изрядно раздражали, ибо англичанин предпочел бы не видеть их наглых физиономий еще пару сотен лет.
Минут через десять к церкви подъехала еще одна карета, судя по звукам снаружи, довольно большая. Каррингтон обернулся на вход. Из экипажа выползала буквально сверкавшая Миранда, одетая в широкое платье из серебряной ткани, лица же девушки не было видно за густой фатой. Рик вздохнул и отвернулся обратно к алтарю. Едва невеста под руку с отцом, что держал грудь колесом, а нос задранным, органист принялся долбать руками несчастные клавиши органа, наигрывая только ему одному понятный мотив. Гости озадаченно переглянулись и принялись возмущенно шептаться, негодуя на музыкальную неграмотность исполнителя "гимна любви".
Миранду, наконец, установили слева от ее будущего мужа - к счастью, Патрик не забыл снять с лица дочуры фату, иначе Каррингтон бы ее сдернул и втоптал в пол. Органист заткнул свою "шарманку" - церемония началась. Пока священнослужитель читал молитвы и проповеди, один из брачующихся, а если конкретнее, тот, что был мужского пола, покосился на своего потенциального соседа по месту подле алтаря. Мисс Блэнкеншип просто светилась счастьем, не отрывая глаз от стоящего перед ней старикана, что вскоре должен был окольцевать "любовь всей ее жизни". Последний же отвел взгляд от будущей супруги и стал медленно бледнеть - достигнув апогея снегообразности, начал зеленеть.
Когда церковная часть венчания закончилась, Рик уже стал похож на ошалевшую ящерицу, которая по каким-то причинам вымахала в человеческий рост и приползла в церковь. Священник стал задавать традиционные в подобном случае вопросы - настал судный час, с позволения сказать, последний рубеж.
-Согласны ли вы заключить этот супружеский союз на добровольной основе?
-Да! - чуть ли не заорала Миранда.
-Ага, - на порядок тише ответил жених.
-Миранда Блэнкеншип, согласны ли вы любить и почитать мужа своего, подчиняться ему, - Хоть что-то хорошее... - В болезни и здравии, в бедности и богатстве, пока смерть не разлучит вас?
-Да! - дама от усердия аж закивала, сотрясая высокой прической. Священник слегка поднял брови, удивляясь такому восторгу, и обратился к Рику.
-Ричард Каррингтон, - названный только тоскливо вздохнул, не поднимая взгляда с пола. - Согласны ли вы любить и уважать свою супругу в болезни и здравии, в бедности и богатстве, пока смерть не разлучит вас? - в церкви повисла гнетущая тишина - было только слышно, как тяжело дышит стоящая рядом Миранда - то ли от волнения, то ли из-за тугого корсета.
-Да, - выдавил из себя лейтенант, который раз придя к выводу, что другого варианта и быть не могло.
-Обменяйтесь кольцами, - скомандовал священник, подталкивая к брачующимся какого-то мальчика с подушечкой в руках, явно озадаченного всем происходящим. Каррингтон, едва преодолевая дрожь в руках, принялся впихивать палец счастливой Миранды в кольцо. Как и следовало ожидать, то не наделось, а застряло перед средней, наиболее широкой фалангой.
-Толкай, - шикнула невестушка, тщетно пытаясь пропихнуть свой палец внутрь украшения.
-Ну и пожалуйста, - и Ричард толкнул. Фаланга хрустнула, женщина принялась истошно визжать, судорожно сотрясая пострадавшей конечностью. Гости стали вторить даме - Патрик же молча вскочил со своего места и понесся к дочуре.
-Он меня покалечил! - орала Миранда, дуя на палец. - А-а-а!
-Ничего страшного, - увещевал ее отец, подталкивая к равнодушно созерцавшему весь процесс жениху. - Одень ему кольцо, и мы потом займемся твоим пальчиком, хорошо? - Рик, погрузившийся в состояние абсолютной апатии, исступленно протянул Миранде свою левую конечность. Та выхватила кольцо у бедного мальчугана, что находился в прединфарктном состоянии, и, держа свою пострадавшую руку немного в стороне, натянула украшение на фалангу лейтенанта.
-Объявляю вас мужем и женой! - торжественно сообщил священник, закрывая Библию. - Жених может поцеловать невесту! - миссис Каррингтон, как тогда у кареты перед отъездом в Лондон, сделала губы трубочкой и прикрыла глаза. Ее новоиспеченный муж не стал ломать трагедию, ибо ему было сейчас глубоко все равно, кого лобызать, и поцеловал (ужасное слово) жену - сухо и без особой нежности. Тем не менее, этого оказалось достаточно - священнослужитель подал сигнал мальчишке, и тот понесся к звонарю, дабы тот расшевелил колокола. Дама же схватила здоровой рукой Ричарда и под радостные возгласы толпы потащила его к выходу из церкви. Под перезвон колоколов их осыпали рисом, который по примете должен был принести много детей, и буквально пинком погрузили в одну карету - здесь Рику, в отличие от Фрица, выкрутиться не удалось.

0

66

После того, как неугомонная Адальберта была с грехом пополам усмирена и все распиханы по своим комнатам, Фриц выяснил, что Диана, собственно снова оказалась лишней, а потому и для нее отдельной комнаты не нашлось. Следовательно, вынуждена будет дама поселиться в одной спальне с мужем, что вызвало у Фрица досаду, а у Дианы сначала приступ паники, потом восторга, потом недовольства, и только под конец всей своей триады она сообщила, что ей, впрочем, все равно. Фриц же ограничился мрачным: "Опять?!", поле чего отдал лакеям приказ разместить их вещи в предоставленной комнате.
Внутри, как оказалось, кровать была не совсем двухспальной. Точнее, совсем не двухспальной. В общем, Диана, когда плюхнулась на нее в своем широком платье с бантами и ярко-розовой бахромой, заняла ее всю, и даже немного не влезла. Должно быть, подразумевалась сия работа неизвестного столяра, наверняка, как полутора спальная кровать, но либо материала не хватило, либо столяр перепил. В общем, Фриц застыл, исступленно созерцая полностью покрытую платьем Дианы постель. И, нет, видел он эту кровать не впервые, но раньше он был тут один, а теперь возник закономерный вопрос - как сюда влезть? В случае с Джейн (хотя, у нее, возможно, была кровать и пошире) и Фриц и, собственно, владелица кровати, были пьяны, а потому уместились бы даже на деревянной табуретке, если б захотели. А что делать сейчас? Напиться - напрашивался ответ. Но нет. Странно, но дни, проведенные в плаванье на корабле, несколько отвадили Фрица от дурной привычки постоянно пить. И эту проблему он собирался решить с помощью логики, или, в данном случае, с помощью тупой физической силы - подвинуть Диану. Но это вечером.
А сейчас семейство Вергахенхайтов всей толпой направилось уничтожать съестные припасы этой квартиры. Честно говоря, Фриц все еще тихо надеялся на жюльен и антрекот, но и увидев макароны не очень расстроился, так как был изрядно голоден. Правда, прежде чем поесть, ему пришлось исполнить приказ Адальберты, что звучал как "Фриц, да успокой ты, наконец, свою идиотку!", так что еще десять минут Вергахенхайт внушал пускающей сопли над тарелкой Диане, что макароны - тоже очень полезная еда, и что еще даже не совсем сформировавшемуся ребенку вреда от них не будет. Наконец, трапеза была окончена, после чего Диана торжественно объявила, что направляется спать. Фриц от досады даже швырнул в тарелку вилку, чем изрядно напугал уже убирающую посуду Вэнди - Вергахенхайт понял, что кровать сейчас будет занята, и нормально там устроится получится с трудом. Спать ему сразу расхотелось - это была защитная реакция организма на совместный сон с Диной, а потому он, то и дело вздыхая, помог Вэнди убрать со стола (Адальберта даже не могла найти слов от ужаса, да и сама служанка выглядела малость ошалевшей). Перетаскав все тарелки на кухню и торжественно погрузив их туда, куда показала Вэнди, Фриц стал развлекать себя новым способом - откопал где-то в шкафу колоду карт и усадил Отто, Николь и Кристиана играть с ним в вист, ибо Каррингтон уже ушел и поддержать скучающего друга не мог. После первой же партии Крис разочаровался в матушке природе, что так надругалась над его мозгом, после чего обиделся и ушел. Затем Николь объявила, что тоже устала, а потому направляется спать. Отто сыграл с сыном еще две партии, а потом объявил, что ему надоело, и что утопии Даниеля Каспера фон Лоенштейна намного интересней. Фриц вынужден был складывать пасьянс, после чего все-таки устал и уснул прямо за столом. Проснулся он минут через пятнадцать, так как Вэнди возжелала протереть стол, и прошлась по спящему туловищу мокрой тряпкой. Вергахенхайт пробудился, потянулся, позевал и торжественно направился штурмовать свою комнату, чтобы снова уснуть уже там.
Диана раскинулась по всей кровати, лежа на животе и уткнувшись носом в подушку, левая нога возлежала на полу, а правая торчала откуда-то из дырки в пододеяльнике. Фриц попытался подвинуть супругу аккуратно, но ничего толкового не вышло. Попытавшись расшатать Диану, Вергахенхайт пришел к выводу, что и это плохая идея - жена не реагировала на внешние раздражители ничем кроме едва слышного почавкивания губами. Наконец, Вергахенхайт отважился на крайний шаг - улегся прямо на Диану, после чего та, наконец проснулась, сдавленно прохрипев:
-Ты что творишь, козел? - скинуть тушу супруга со спины не удалось, руками дотянуться тоже, а потому Фриц гордо продиктовал свои условия:
-Или ты отодвигаешься, или я буду спать так.
-Да я сейчас задохнусь, - отозвалась Диана, отчаянно пытаясь отодвинуть от себя подушку, в которую утыкалась.
-Это твои проблемы, - сверху было намного удобней отодвигать тело жены на край кровати, чем сбоку, так что, после недолгой возни и шороха, Фриц одержал победу и торжественно занял свою половину кровати, лежа на боку, так как по-другому было не поместиться. Диана тоже легла на бок, вследствие чего лицо жены оказалось в опасной близости от лица мужа, так что тот поспешил повернуться на другой бок. Теперь во владении Дианы оказалась спина, что было, конечно, не так опасно, но все-таки. Супруга, довольно заулыбавшись, перекинула свою руку через шею Фрица, а также, видимо, для осознания собственной власти над Вергахенхайтом, закинула на него ногу. Нога, конечно, была скинута довольно просто, так как уцепиться ни за что она не могла, а вот рука была оставлена на шее, так как при попытках освободиться она грозила удушением. Кое-как, но они улеглись и спокойно уснули.

Пропустив подробное описание двух с половиной недель и сообщив о них лишь то, что Адальберта ходила по магазинам Лондона, Отто читал (удивительно, да?!), Кристиан учился играть в вист в компании с нервной отчего-то (от Кристиана, наверное) Николь, Диана восседала на подоконнике и созерцала улицы города, а Вэнди расспрашивала Фрица и Ричарда о том, какая у Вергахенхайта была свадьба. Так как Диана была в гостиной, а Фриц с Риком восседали на кухне, отсутствие жены Фрица поблизости позволяло друзьям расписать свадьбу в таких красках, каких они считали нужным, так что Вэнди скорбно качала головой, вовсю жалела "бедного обманутого" Фрица и тихо начинала ненавидеть Диану. Потом, правда, супруга сменила Фрица, так что тот ушел на подоконник, а Диана взялась за рассказ, после чего Вэнди гордо сообщила Фрицу, что он выдумщик, эгоист и вообще козел, а Ричард, такой нехороший, мог бы и сказать ей, наивной Вэнди, правду, а не поддерживать Фрица в его обмане.

Утром в тот самый злосчастный день Вергахенхайт узнал, что пора вставать, лишь тогда, когда оказался скинут с кровати - это Диана потянулась. Затем, все еще не замечая растянувшегося в прострации на полу мужа, она протянула:
-Эх, на улице па-а-асмурно..., - затем еще с минуту смотрела в окно, а Фриц созерцал потолок, занятый включением своего мозга. Наконец, когда содержимое черепушки было приведено в рабочее состояние, он глухо вопросил с пола:
-Ты обалдела, да?
Диана удивленно уставилась вниз, стараясь понять, что за источник издает этот звук. Увидев Фрица, что оказался на полу вместе с половиной простыни, она захлопала глазами:
-Прости, Фриц, я совсем забыла, что кровать такая узкая.
-Забыла она, - проворчал Фриц, поднимаясь и отпихивая от себя простынь. - И какого такого черта ты разбудила меня так рано?
-Так уже пора собираться - сегодня Ричард женится.
-А, черт, - Фриц распахнул шкаф. - Точно. Хотя, я все равно соберусь раза в четыре быстрее тебя.
-Ты?! - Диана усмехнулась, также сползая с кровати. - Да ты с волосами возиться будешь дольше, чем я.
-Ты угробишь больше времени на косметику, - возразил Вергахенхайт. - И вообще, хватит зевать и пялиться в окно, - он подтолкнул Диану к шкафу. - Собирайся уже. Зови свою служанку, пусть одевает тебя скорей.
-Ладно, - буркнула дама, выглянула за дверь, где у порога уже мялась скромная горничная, и велела той зайти, а сама взялась за перерывание своих платьев. Немец быстро переоделся за ширмой и теперь стоял у зеркала, расчесываясь. - Что ты думаешь об этом? - Диана приложила к себе какую-то белую тряпку с желтыми цветками по всей поверхности.
-Напоминает яичницу, - сообщил Фриц. Горничная за спиной Дианы хихикнула.
-Вот еще, - Диана исступленно уставилась на платье. - Ты просто голодный, вот и увидел еду. Хотя, - она повнимательней пригляделась. - И правда, некрасивое сочетание цветов, - горничная вытащила следующее платье и самолично приложила его к своей хозяйке. - А это? - в этот раз тряпка оказалась бледно-зеленого цвета.
-Ассоциируется с болотом, - Фриц был в это утро настроен поговорить. - И вообще, у тебя такая бледная кожа, что ты в нем будешь похожа на поганку.
-Бледность в моде! - возразила Диана. - Ты что, хочешь, чтобы я была похожа на какую-то обгоревшую провинциалку с огорода? - возмущенно поинтересовалась она.
-Нет уж, я и к такой тебе с трудом привык, изменений я не вынесу, - Фриц убрал волосы в хвост и направился к выходу из комнаты.
-Стой! А кто поможет мне с выбором платья? - нахмурилась Диана, преграждая ему путь.
-Раньше тебе этого не требовалось, - Фриц со скептицизмом уставился на шкаф. - Вот, - он выудил из кучи нарядов черное платье. - Надень это.
-Ты с ума сошел?! Я была в этом на похоронах своей подруги!
-Ну и отлично. Рик оценит такое понимание - траурное платье здесь в самый раз, - Фриц торжественно вручил недоумевающей жене платье и вышел из комнаты, услышав напоследок, как Диана, всхлипнув:
-Так вот, как ты относишься к свадьбам, - опять разревелась, а служанка, причитая, стала ее утешать.
Когда все были готовы, компания направилась в церковь. Диана, к некоторому недоумению окружающих, и правда надела черное платье, что, тем не менее, порадовало Фрица - он, оказывается, может помыкать своей женой, хоть и после того, как она поистерит.
В церкви Фриц собирался занять место в первом ряду, но там уже все было занято. С трудом отыскав места в четвертом, он водрузился на сиденье, протолкавшись к нему с помощью широкого платья Дианы. Когда в церковь влетела радостная Миранда, у Вергахенхайта на лице отразилось все презрение к роду человеческому, а потому он легонько получил по физиономии от Дианы и получил приказ сделать нормальное лицо. Не возжелав слушаться представителя подлой и гадкой прекрасной половины человечества (странно звучит), Фриц в ответ ткнул супругу под бок локтем и продолжил сверлить Миранду уничтожающим взглядом.
Во время чтения молитв Диана начала разглядывать близ сидящих людей, а Фриц с подозрительным прищуром следом за ней. На каком-то мужчине с прямой осанкой и суровым лицом взгляд Дианы остановился, после чего она тяжело вздохнула и с сомнением покосилась на Фрица.
-Что? - громким шепотом вопросил тот, делая самое непростое из всех возможных лиц.
-Да так, - она снова уставилась на личность, что заинтересовала ее.
-Ты что на него уставилась? - продолжил недовольный Фриц свой допрос.
-А что, нельзя посмотреть на нормальных мужиков? - огрызнулась Диана. Рядом сидящие женщины принялись перешептываться, передавая сплетни по рядам. - Или ты ревнуешь?
-Я?! Нет, конечно, - Фриц даже перекрестился. - Просто интересно, чем я не нормальный?
-Что тут нормального? - Дина критически уставилась на супруга. - Сидит тут такой, взъерошенный, - Фриц злобно сдул с глаз опять выпавшие на лоб волосы, - серебром весь завесился, как новогоднее полено, рубашку даже служанке не смог отдать, чтоб она ее выгладила, - Вэнди, сидящая на соседнем ряду, завертела головой, ища объект притязаний. - Как будто с луны только что свалился - и это ты называешь нормальным?
-Да ты офигела! - заметил Фриц. Священник, читающий молитвы, прервался на полуслове и принялся сверлить разгневанным взглядом предположительное место дислокации особо активного источника звука. - Все, - снова перешел на шепот Фриц. - Потом договорим.
-Ладно, - Диана притихла, принявшись созерцать Миранду и Ричарда.
Тут раздался со стороны священника бессмысленный вопрос:
-Согласны ли вы заключить этот супружеский союз на добровольной основе?
Фриц тяжело вздохнул. Добровольно, как же.
-Да! - воскликнула Миранда, чуть ли не подпрыгивая на месте.
Как ответил Рик, Фриц не услышал, но, судя по всему, положительно. У него не было другого выбора.
-Миранда Блэнкеншип, согласны ли вы любить и почитать мужа своего, подчиняться ему в болезни и здравии, в бедности и богатстве, пока смерть не разлучит вас?
Пусть подчиняется, дура.
-Да!
-Ричард Каррингтон, согласны ли вы любить и уважать
, - Вообще оборзели все! - свою супругу в болезни и здравии, в бедности и богатстве, пока смерть не разлучит вас? - Буэ-э-э, - "размышлял" Фриц, созерцая Миранду.
-Да, - Бедный Ричард. И я бедный. За что нам это?
Дальнейшие события Фриц как-то пропустил, размышляя о справедливости мира, точнее, ее полном отсутствии, а потому был явно шокирован, когда вдруг раздался истошный визг Миранды. Поняла, за кого выходит, что ли? Черт, и почему до Дианы так же не дошло? Но нет - орала Миранда по другой причине.
-Он меня покалечил! А-а-а!
-О Господи, дура, - тяжело вздохнул Фриц, за что получил уже традиционный тычок локтем под бок от Дианы.
-Объявляю вас мужем и женой! - священник довольно громко захлопнул Библию. - Жених может поцеловать невесту!
Нет, он не может! Но никто не внял беззвучному протесту Фрица, и Рик вынужден был поцеловать существо в серебристой ткани.
-Жизнь - дерьмо, - скорбно заметил Фриц, откидывая голову на спинку скамьи и вверх ногами созерцая людей на задних рядах. Те, в свою очередь, не замечали "шпиона", умиленно созерцая "идеальную пару" и перешептываясь.
-Фриц, вставай, - его принялась расшатывать Диана.
-Отстань, я в трауре.
-Отвлекись от траура на пять минут, сядь в карету и скорби там дальше, - довольно терпеливо отозвалась Диана, что удивило Фрица, а потому он поднялся и уныло поплёлся к каретам.
Усевшись в экипаж, он снова принял траурный вид и отгородился от внешнего мира, отключив свой мозг.

0

67

Ричард кое-как устроился на сидении внутри кареты и стал пялиться в окно, ибо смотреть перед собой он не хотел - там сидела Миранда. Последняя сияла восторгом, и, к слову, занимала вместе со своим платьем целый диван. Это, в принципе, и спасло ее новоиспеченного мужа от "счастья" совместного пребывания с ней на одном сидении. Как ни странно, дама всю дорогу молчала и тоже смотрела в окно, правда, при этом изредка поглядывая на лейтенанта взглядом странного свойства.
Наконец, вся процессия приперлась на место дальнейшего проведения торжества - как и всегда в случае праздников, это был отдельный особняк, ибо хозяева гуляний не хотели жертвовать собственным жилищем ради чужого веселья. В случае Блэнкеншипов (во время выбора данного дома Миранда все еще носила эту фамилии) особняк был огромных размеров, с зелеными лужайками и садовыми деревьями по периметру - он чем-то напоминал обиталище Гретхен. По пути к главному входу в особняк был устроен импровизированный бассейн продолговатой формы, с фонтанами, который разделял дорогу на две части, чем доставил кучерам много неудобств. И все-таки экипажи остались целы и благополучно добрались до стоянки, где и упокоились, будучи готовыми выпустить из своих недр пассажиров. Каррингтон радостно вывалился из кареты и буквально побежал внутрь особняка, не удосужившись помочь супруге. Та, однако, ничуть не возмутилась подобным поведением, и покорно спустилась на землю сама. Не важно, что ее нога соскользнула с самой нижней ступеньки и она провалилась за лесенку, между этой злополучной и верхней. Женщина и тут не растерялась - ногу удалось вызволить из пут коварного экипажа без особых потерь. Не считая большой царапины и рваного чулка, о которых она еще не знала - счастье действовало как обезболивающее. Миранда не только без постороннего вмешательства смогла покинуть карету, но еще и закрыла за собой дверь! Воистину великое достижение.
Едва заметив, куда столь стремительно перемещался Рик, она, подобрав юбки, побежала следом за ним. Правда, на первой же неровности сломала каблук и вывихнула лодыжку, на что теперь громко жаловалась подоспевшему Патрику - и свершила она это все на той же ноге. Да, бедняжку целый день мучает невезение - автор просто еще не рассказал о пьяном портном, который на последней примерке платья исколол Миранду булавками, пролитый на это же платье соус и еще много всяких неприятностей. Но вернемся к делу.
Итак, один из молодоженов бодро взбежал вверх по мраморным ступенькам и вломился в дверь. Лакей, прежде стоявший при входе и готовый при едва послышавшихся с улицы шагах распахнуть створку перед гостем, оказался впечатан в стену. Лейтенант об этом, однако, не знал (да если бы и знал - все равно) и побежал дальше вперед по коридору. По пути пришлось заглядывать в каждую комнату, чтобы таким образом найти место дальнейшего распития алкоголя. Таковое было обнаружено только в самом конце помещения - комнатой для приема оказалась большая зала, вся сверкавшая позолотой и искусственным хрусталем, чья фальшивость, судя по всему, мало кого расстроила, ибо Каррингтон тут же стал разыскивать новую цель - собственно, вино. В крайнем случае шампанское.
В первую очередь его немного бешеное внимание привлек какой-то важный, и потому, видимо, высокий (или наоборот) товарищ в ливрее, по неясной причине отчитывавший потенциальных коллег. При ближайшем рассмотрении оказалось, что его форма несколько отличается от одеяний собеседников - индивид оказался главным лакеем.
-Эй, - существо нехотя оторвалось от разговора и высокомерно посмотрело на подошедшего. - Где здесь можно выпить?
-Вы кто? - подняв бровь, вопросил индивид, столь нагло проигнорировавший вопрос Ричарда.
-Жених, - недовольно сообщил тот.
-Ждите свою невесту, сэр, - лакей только отвел взгляд от собеседника, чтобы продолжить орать на подчиненных, как вдруг обнаружил, что их, собственно, нет на месте. Естественно, он сразу же вознегодовал от такой несправедливости, в которой был косвенно повинен прервавший его человек - значит,  виноват во всем тот и на него можно злиться, несмотря на его более высокое положение. - Вы вообще почему пришли сюда раньше времени? Запланированы различные церемонии, связанные с вашим появлением в зале. - Патрик - урод! Обещал без этого!
-Когда хочу, тогда и являюсь, - заявил также негодующий Рик. - Я пришел с проверкой. И в первую очередь хочу удостовериться о наличии тут качественного алкоголя, - лакей недовольно нахмурился, ибо он не любил, когда им командуют. Странная черта характера для слуги. Однако, она в нем присутствовала.
-Ладно, - пробурчал тот, кому полагалось ответить "Как скажете, сэр." - Пойдемте.
-Так-то, - сообщил англичанин, гордо задирая подбородок и следуя за служащим праздника. - А чего больше - вина или шампанского?
-Господин Блэнкеншип заказал коньяк из Франции, сэр, - вещал немало раздраженный лакей, доставая из кармана ключи от комнаты, в которой размещался алкоголь - это, как оказалось, было помещение, раньше служившее  спальней, а теперь оборудованное под хранение бутылок. Судя по всему, только на время, ибо хозяева особняка наверняка не захотят спать в окружении спиртного. Но кто знает...
-Насчет соотношения количества бутылок вина и шампанского ничего не знаю, - он остановился перед дверью, ведшей в "погреб" и пристроил ключ в скважине.
-Ясно, - мрачно сообщил Каррингтон, с недовольством созерцая открывшиеся на обозрение стеллажи с абсолютно одинаковыми бутылками одного и того же коньяка. Шкафов действительно было много - с уверенностью можно утверждать, что спиртного хватит на всех - еще останется, чтобы взять домой. - Я пока вижу только коньяк..., - многоточие поставлено только потому, что Ричард хорошенько огляделся в комнате - под одним из шкафов, облокотившись друг о друга, лежали два спящих лакея. Товарищи, по последним подсчетам, были окружены семью бутылками коньяка - судя по их битым физиономиям, конфликт произошел из-за не способности коварной цифры семь поделиться надвое. Несколько прифигевший "инспектор" медленно обернулся на застывшего в дверях начальника участников завершившейся в ничью баталии. Тот был бледен, как полотно, и исступленно созерцал лежащих на полу мужчин, мирно посапывавших. - Что это, мать твою? - грозно вопросил индивид, который негодовал лишь потому, что теперь выпьет на семь бутылок меньше, а не из-за раздолбайства прислуги, что будет выполнять его поручения ближайший день.
-Н-не знаю, - замотал головой лакей. - Т-то есть, знаю, с-сэр, но ничего не м-могу сделать..., - лейтенант вздохнул и присел перед алконавтами на корточки, дабы знать своих врагов в лицо. Физия одного из них, что сейчас, запрокинув голову, зычно храпел, показалась ему слишком знакомой, дабы просто перейти к рассмотрению следующей.
-Поди-ка сюда, - велел он пока трезвому служащему торжества. Тот после недолгих колебаний опасливо засеменил в сторону хозяина, не спуская с того настороженных глаз. - Как зовут этого? - он ткнул пальцем в заинтересовавшего его лакея, белый парик которого от подобного физического воздействия окончательно покинул голову хозяина и теперь покоился на полу.
-Д-джон, - понуро сообщил начальник пьянчужки, думая, что Рик спросил имя его подчиненного с целью дальнейших жалоб. Ему как-то не пришло в голову, что Джонов в Англии выше крыши, и без фамилии никто не поймет, о ком идет речь. Да и с фамилией это тоже будет трудно.
-Он тут давно работает? - продолжал тем временем "следователь".
-Н-нет, - сообщил лакей, для пущей убедительности помотав головой. - Я его вч-чера на улице поймал, он к-кучер...
-Вы ищете работников на улице? - Каррингтон удивленно посмотрел на собеседника. - И как Патрик такое допустил.
-Он с-сам приказал иск-кать высоких мужчин, - внезапно обнаружившееся заикание лакея начинало раздражать лейтенанта, так что он болезненно поморщился. - С-сейчас наблюдается н-нехватка кадров..., - Ричард, желая окончательно выяснить, почему лицо этого Джона он уже где-то видел, принялся будить алконавта путем простого битья по морде лица. Тот что-то недовольно пробурчал, но глаза все-таки открыл.
-Ну шыт-то тыкое..., - узрев перед собой светлый лик начальника, который, как и его работодатель (четкая иерархия!), склонился над проснувшимся существом, он раскрыл органы зрения еще шире и стал тупо созерцать обоих.
-Фамилия? - грозно вопросил Рик, не имевший счастья наблюдать, как главный лакей за его спиной проводит большим пальцем по шее, этим самым показывая, что грозит Джону. Тот обрисовкам перспективы не внял и, моргнув, окончательно перевел взгляд на потенциального собеседника.
-Депп, сэр, - теперь Каррингтон окончательно вспомнил, где он видел это несчастное существо - он работал на Ричмондской почте в Америке, где, по идее, сейчас и должен был находиться. Как он оказался в Англии? Это лейтенанту только предстояло узнать.
-Ты ведь из Америки?
-Тэк точно, - сообщил Джон, мужественно сражавшийся со сном.
-И как ты тут оказался?
-В поысках лучшй жизни, - Странно - обычно все происходит наоборот - люди едут в Америку из Европы.
-Ясно, Джонни. Можешь спать дальше, - Ричард встал и, взяв с полки три бутылки коньяка (так мало, ибо в камзоле не было карманов и он боялся разбить драгоценную ношу), молча ретировался из "погреба". Главный лакей остался стоять на месте в замешательстве.
-Спысибо, сэр, - уже в пустоту сказал мистер Депп, прикрывая уставшие глаза.

0

68

Фриц проехал с отключенным мозгом около пяти минут, а потом мозг возжелал снова вернуться к работе. Обладатель такого инициативно содержимого черепушки был категорически против, а потому в голове Фрица шла отчаянная борьба за возвращение в реальность. Следствием потасовки в черепной коробке стали неясно откуда взявшиеся нелепые мысли. Первой идеей было высунуть голову из кареты и посмотреть, где они сейчас едут. Напрашивается вопрос - зачем? И предложение - а почему бы просто не посмотреть в окно? Вопросы, к сожалению, останутся без ответа - Фриц с выражением крайнего отупизма на лице резко распахнул дверцу кареты. Пролетающий мимо воробей молча расплющилсярасплющился о стекло и прилип, собственно, к окну. Фриц, в исступлении созерцая внезапную птицу, медленно вернул дверь в исходное положение и принялся созерцать размазанного воробья. Уже через пол минуты труп (или просто бездыханное тело) сдуло со стекла, так что обзор вновь был открыт. Фриц уже не осмелился предпринимать никаких действий и лишь изредка странно косился на зевающую рядом Диану. Одно лишь было на радость - мозг победил борьбу с ленью и скорбью по минувшей свободе и снова заработал. Вергахенхайт медленно, но верно, начинал думать.
По приезду в особняк, который предстояло как можно скорее наполнить пустыми бутылками и полутрупами, Фриц медленно выполз из кареты и принялся тупо созерцать разбредающихся гостей. Батя Миранды что-то опять мутил, размахивая руками и громко призывая гостей что-то сделать. Диана начала вторить старикану, подталкивая мужа в какое-то неизвестное ему направление. Вергахенхайт успешно отбился от непонятных ему атак и со скучающим видом облокотился о карету, на которой только что приехал. Но кучеру именно в тот момент приспичило поменять место дислокации и припарковать экипаж где-нибудь в другом месте, так что карета тронулась, а Вергахенхайт, по-прежнему в непонятках, рухнул на землю. Пока какие-то сердобольные джентльмены бежали ему на помощь, он уже сам встал, отряхнулся и посмотрел на окружающий мир взглядом другого свойства. Видимо, от встряски его мозг заработал активней и привел в действие еще живые нервные клетки. Так что, широким жестом отпихнув с пути сердобольных, Фриц переместился ближе к месту основных шумов - к месту дислокации Патрика.
Тот радостно разглагольствовал что-то о вселенском счастье и вечной любви, стоя на небольшом возвышении, изображающем из себя сцену. Диана, открыв рот, зависла неподалеку, созерцая оратора. Миранда зачем-то топталась на кустах за спиной отца. Фриц, не посвященный в цель пребывания новоиспеченной миссис Каррингтон на кустарнике, несколько ошалел, и для прояснения ситуации переместился к ближайшему адекватному на вид человеку в зоне видимости - мрачной Астрид, которая все-таки согласилась приползти на свадьбу "любви всей жизни".
-Слушай, - без приветствия начал Фриц, указывая пальцем на Миранду, - а что эта идиотка, - Астрид воссияла, поняв, что не одна она считает госпожу Каррингтон дурой, - делает в кустах, ты не знаешь?
-Я бы могла сказать, что она потому и в кустах, что идиотка, - фыркнула Миллер. - Но я знаю истинную причину ее пребывания там - сейчас будет эффектный выход.
-А что эффектного? - Фриц хмуро покосился на Миранду. - Она осыпет себя "салютом" из листьев?
-Нет, - хмыкнула Астрид. - Она как бы неожиданно выпрыгнет из-за спины отца.
-Бред, - Фриц снова, дабы удостовериться в своей осведомленности, посмотрел на кусты, подвергающиеся агрессивному физическому воздействию. - Ее же и так все видят.
Миллер пожала плечами.
-Они же не бедные. Могли бы и покрасивее что устроить.
Астрид снова пожала плечами - она была не в настроении. Фриц собрался было еще что-нибудь сказать, как тут Патрик особенно громко провозгласил:
-Встречайте - самая красивая девушка на сегодняшнем торжестве, - непредусмотрительно с его стороны. На Патрика посыпалась куча злобных взглядов, - моя дочь - Миранда, наша прекрасная невеста! - и тут Миранда восторженно выпрыгнула из кустов. Платье, что не возжелало выпрыгивать следом, отчаянно удерживалось за куст, а потому "прекрасная невеста" полетела носом вперед и протаранила спину отца. Тот не растерялся и поймал дочь на руки, улыбаясь ошалевшим гостям.
-Миранда Каррингтон, встречайте! - из толпы народа посыпались вялые аплодисменты. Кто-то робко предложил:
-А может, мы пойдем уже внутрь?
-Подождите! - Патрик по-прежнему широко улыбался, что сбивало плавно отупевающего Фрица с толку. -  Я хотел здесь, на свежем воздухе, в окружении прекрасных цветов, символизирующих чистую и светлую любовь, - Диана с какой-то стати одарила Фрица двусмысленным взглядом. Э-э-э? - представить вашему вниманию всех почетных гостей - высокопоставленных персон и самых лучших друзей наших молодоженов!
-О-о-о, - скорбно протянула Астрид. - Все, здесь можно устраиваться на ночлег. Будем сутки торчать в окружении прекрасных цветов, слушая речи этого индюка, - заметила она.
-Кстати! - вновь повысил голос Патрик. - Где же наш жених? - вышел вопрос несколько растянуто, так как при этом Патрик оглядывался по сторонам. Потом, притянув к себе дочь за руку, что-то шепотом у нее спросил. Та ответила, и Патрик громкое ей возразил:
-Как это не знаешь?! - гости восторженно уставились на перепалку. - Я же просил, чтобы все было по сценарию! Ты что, его не предупредила?
Миранда что-то уныло пробормотала, поднимая заискивающий взгляд на отца. Тот хмуро покосился на гостей, а затем вновь натянул на лицо улыбку.
-Наш уважаемый мистер Каррингтон сейчас занят, он подойдет позже. А сейчас я хотел бы представить, - он достал из кармана бумажку и, прокашлявшись, зачитал чей-то длинный чин и имя. Фриц сочувственно оглядел тех, кто вынужден был это слушать и, чуть пригибаясь, чтобы его не заметили, направился в сторону особняка, чтобы поискать там Ричарда. По пути о случайно проходил поперек пути той самой важной персоны, что представил Патрик. Существо в седом парике несколько озадаченно посмотрело на проползающего мимо человека, согнувшегося пополам, и строго (а существо было не в настроении) вопросило:
-Молодой человек, а вы куда?
Фриц скорчил злобную гримасу и обернулся на источник звука, выпрямляясь.
-А вам какая разница, сэр?
-Вообще-то сейчас мистер Блэнкеншип будет меня представлять. Вам что, не интересно? - обладало существо довольно громким звучным голосом, так что перепалку слышали почти все, что, опять же, стало новым поводом для сплетен. Вокруг уже собирались зрители, сплошь незнакомые лица, кроме Астрид с фейспалмом.
-А что тут интересного? - Фриц скептически оглядел индивида в парике. - Вы же, например, не сделаете со сцены сальто назад.
-Это наглость! - вспылил индивид, упираясь руками в свои бока. - Немедленно извинитесь!
-За что? За то, что вы не можете сделать сальто назад? - удивился Фриц, озадаченно поднимая брови.
-За ваше пренебрежение к чужим речам! - пояснил тип в парике. - Вы хоть знаете, кто я? Я Дэвид Гаудж, вам это имя о чем-нибудь говорит? - тип подбоченился.
-Нет, - честно ответил Фриц, медленно пятясь в сторону от психа, напавшего на него.
-Стоять! - Вергахенхайт озадаченно моргнул и остановился. - Имя!
-Фриц Вергахенхайт, - нехотя отозвался "нарушитель".
-Должность! - видимо, "всемогущий" Дэвид решил как-то повлиять на карьеру "непокорного". Методы у всех одинаковые.
-А вас это не касается, - дерзко отозвался Фриц и скрестил руки на груди.
-Не хотите по-хорошему?! Я узнаю по-плохому!
-Узнавайте, удачи, прощайте, - Фриц снова направился к особняку.
-Стоять! - так оглушительно взвизгнул Гаудж, что какая-то нервная дамочка, стоящая неподалеку, грохнулась в обморок. Вергахенхайт закатил глаза и обернулся.
-Что еще?
Дэвид несколькими широкими, как ему казалось, шагами, преодолел два метра, разделяющие их и, с пыхтением покопавшись в карманах, выудил оттуда перчатку и что есть мочи долбанул ей по лицу медленно ошалевающего Фрица.
-Я вызываю вас на дуэль! - Дэвид принялся все с тем же пыхтение запихивать перчатку обратно. Толпа людей, что до этого с любопытством перешептывалась, затихла - вокруг воцарилось гробовое молчание. Даже Патрик на сцене побледнел.
-Эм, - Фриц была, мягко говоря, поражен. - А...
-Завтра утром...
-Эй, завтра утром я буду с похмелья, - попробовал возразить Фриц. - По правилам нужно выждать не меньше суток!
-Так и быть, завтра днем, а оружие выбирать вам. Шпага или пистолет?
-Ну... А..., - Фриц панически принялся крутить кольцо на пальце. - А я могу отказаться?
Откуда-то из толпы послышались смешки. Да, так по-дурацки Фриц себя еще никогда не чувствовал.
-Шпага, - со вздохом сообщил он.
-Тогда до завтра, - Дэвид гордо продолжил шествие к сцене, на которой стоял бледный, как смерть, Патрик и несколько отсутствующая в данной реальности Миранда. Едва Фриц начал отходить от потрясения, как к нему подлетела разом куча народу. Адальберту сразу отпихнули куда-то в конец толпы, а Диана смогла пробиться к супругу и повиснуть на его шее, что-то причитая. Вергахенхайт еще с минуту постоял, над чем-то размышляя, после чего вдруг резко отпихнул от себя толпу и сам себе сообщил:
-В жопу Дэвида, пойду напьюсь, - и направился к особняку. Подавляющее большинство гостей одобрительно загудело и, забив на Патрика с его речью, поспешило за Фрицем.

0

69

Первая бутылка разбилась на соответственно первом же крутом повороте. На самом деле, он не был столь уж опасным, чтобы повредить стеклу, но в неадекватном состоянии Ричарда любое малозначительное препятствие могло послужить причиной трагедии. И вот, громко выругавшись, лейтенант перешагнул через осколки, которые теперь были окружены мутноватой лужицей коньяка, и пошел дальше.
Вторая порция алкогольной продукции потерпела крушение на скользкой лестнице, так что теперь неуклюжести их переносчика было весомое оправдание. Коньяк, наконец освободившийся из коварных пут бутылки, стал радостно стекать вниз по ступенькам, оставляя после себя коричневатые липкие разводы. Каррингтон трагично вздохнул, и, оторвав ушибленную пятую точку от горизонтальной поверхности, поплелся навстречу новым приключениям. Таковые ожидали его уже в зале, где к тому времени стал собираться народ. Обрадованный тем, что одну бутылку ему сохранить все-таки удалось, англичанин, улыбаясь, поперся искать себе компанию. Но компания сама нашла его.
-О, вот ты где! - Рик как-то совсем уж смиренно принял смерть третьей порции коньяка, что теперь в плачевном состоянии упокоилась на мраморном полу, и затуманенным взором посмотрел на взмыленного Патрика. - Ты меня огорчаешь, милый зять, - вещал тем временем старикан, грубо хватая мужа дочери под руку и отводя в сторону. - Из-за твоего раздолбайского поведения мы вынуждены были краснеть перед гостями.
-М? - "раздолбай" недоуменно вскинул брови. - Что я такого сделал?
-Ушел без предупреждения, - Блэнкеншип погрозил собеседнику пальцем. - Сегодня твой праздник, ты в центре внимания, так что будь добр поддерживать должный статус, - тут уж подоспела Миранда, успевшая переодеться в менее широкое, а оттого более удобное, платье.
-Свинья, - немедленно сообщила дама, воровато оглядываясь, дабы никто не мог подслушать ее не слишком женственные высказывания. - Бросил меня на произвол судьбы!
-Сама свинья, - классика не стареет. - Я тебя не бросал. Пока, - поймав на себе настороженный взгляд родственников, Каррингтон поспешил сгладить свое высказывание. - И никогда не брошу, - Ну, утешает хотя бы то, что я не клялся.
-Ладно, голубки, - с сарказмом сообщил Патрик, до которого только сейчас дошло, что виновники торжества не слишком-то друг друга любят. - Воркуйте пока, а я пойду встречать гостей, - дождавшись, пока тесть удалится, лейтенант отпихнул жену с дороги и гордо пошел к столам с едой - ибо там, где еда, обычно находится и выпивка. Миранда же, ничуть не смутившись демонстрации того, что с ней не хотят ни разговаривать, ни соприкасаться, все равно последовала за супругом.
Свадьба сих товарищей не представляла из себя ничего интересного, в отличие от, допустим, праздника Фрица - здесь все было максимально прилично, и даже напиться на данном торжестве было нельзя - коньяк был малого срока выдержки, так что окосеть от него мог только младенец или древняя старушка, и то, только выпив три-четыре бутылки. Рик чувствовал себя ущемленным в правах, а потому был страшно раздражителен (на порядок больше, чем обычно) и остро реагировал на любые обращения в свою сторону. Таковых, к несчастью, было очень много - Патрик то и дело отлавливал зятя в зале, где тому скрыться было слишком сложно - все люди чинно стояли по кучкам, оставляя вокруг себя много свободного пространства. Отлавливал он его дабы представить какому-то очередному высокопоставленному чиновнику, который "может помочь тебе в будущем. Ты же не собираешься всю жизнь прозябать под чьим-то началом? С твоей амбициозностью ты можешь добиться большего..." и далее следовала скучная речь о том, что Миранда достойна большего, нежели простого помощника капитана. В такие моменты Ричард хотел спросить "А какого черта вы ее за меня выдали?", но сдерживался, ибо понимал, что таким образом вызовет лишние потоки речей со стороны и тестя, и жены. А слушать их бред он сейчас хотел меньше всего. Типичная дворянская свадьба завершилась балом, во время которого Каррингтон, тщетно разыскиваемый супругой, отсиживался в каком-то подвале, ибо танцевать он не только не умел, но и не горел желанием. Миранде пришлось довольствоваться бурре, исполненным в паре с Клаусом - тот, судя по светским сплетням, был без ума от сей дамы и уже накатал в ее честь поэму.
Домом, предоставленным в пользование молодоженам, оказался скромный особняк, находящийся неподалеку от жилища Патрика. Рик, неприхотливый в отношении места, где ему предстоит обитать лишь несколько месяцев в году, остался вполне доволен особняком, жалея лишь о том, что здесь были совершенно незнакомые ему слуги, а Вэнди осталась в старой квартире обслуживать гостящих в Лондоне Вергахенхайтов. Миранда же, напротив, уже по прибытии в дом стала бубнить о том, что здесь слишком мало места, и у нее в родовом гнезде такого размера был гардероб.
Автор не знает, как бы поделикатнее сообщить, что исполнение супружеского долга было свершено не по обоюдному согласию. Конечно, никаких изнасилований не было, но факт в том, что, едва покинув кровать, молодой муж наспех оделся и поспешно свалил из особняка. Миссис Каррингтон пыталась его остановить, но была послана к черту и закрыта в спальне. Поначалу Миранда билась об дверь и что-то орала про свои права, но вскоре утихла и ушла спать. Ее же супруг отправился в ближайший кабак, где упился вусмерть, и, поделившись со случайным собутыльником своим несчастьем, приперся обратно уже к утру. Спать он лег в гостиной на диван.
И начались самые ужасные дни в жизни Ричарда, которые он даже в зрелом возрасте будет вспоминать с содроганием. Жена, хоть еще и не успела вдоволь вкусить горькость семейной жизни, принялась пилить его с жутким остервенением и по любому поводу - начиная от количества пуговиц на камзоле, заканчивая его гнусным характером. Приступы дамской невменяемости, завершающиеся жуткими ссорами, из-за которых в гостиной слуги часто не досчитывались то кружки, то тарелки, довольно быстро надоедали Рику и он уходил развеяться либо к Фрицу, либо к Голдману. Его жена, соответственно, сидела дома и металась по особняку, то обуреваемая ревностью, то ревущая о том, что ее никто не любит и не понимает. Муж ее возвращался домой ближе к вечеру, чаще всего трезвый (!) и абсолютно счастливый. Последний факт бесил Миранду похлеще того, будь ее муж пьян в доску, так что она снова начинала придираться к мелочам. Пару раз получив по мордам, женщина успокаивалась (звучит как-то совсем жестоко и бесчеловечно, но дама сама знала, на что идет и принимала подобные проявления супружеской агрессии, как должное) и уходила к себе. Спустя где-то неделю она свыклась с мыслью о том, что ни о каком примирении речи идти не может, и подобное замужество было с самого начала обречено на крах, она приняла решение снова попытаться устроить свою личную жизнь. Благо нравы ее века позволяли без особого порицания построить отношения на стороне, даже будучи замужем, так что она без особых угрызений совести нашла себе мужчину на первом же балу. После целых трех дней бурного романа, в течение которых миссис Каррингтон успела понять, что этот человек - ее настоящая судьба, они обоюдно приняли решение сбежать в Ирландию, на родину ее любовника, и уже там обосноваться - пока без особенно радужных перспектив. Весьма реальная возможность сесть в лужу даму не напугала, поэтому побег был назначен на эту же ночь, когда, как надеялась Миранда, ни слуги, ни, собственно, ее законный супруг не смогут засечь ее за выполнением операции. И вот, переполняемая радужными надеждами на благополучный исход дела и последующий развод с уже ненавистным Ричардом, дама выскользнула из спальни (спали они отдельно), велела разбуженной недоумевающей служанке взять заранее собранный сундук и тихо пошла к выходу. Она, однако, плохо знала расписание дня своего мужа, ибо она думала, что он уже давно спит - на самом же деле Рик собирал вещи для скорой командировки. Естественно, что услышав в коридоре шаги и скрежет чего-то тяжелого по полу, он пошел проверить, что там происходит. Миранда, услышав звук распахнувшейся двери, замерла на месте с бешено колотящимся сердцем, не в силах пошевелиться из-за прошедшей по телу судороги ужаса. Служанка спряталась за портьеру, оставив сундук хозяйки стоять на всеобщем обозрении.
-Куда это ты собралась? - невозмутимо спросил Каррингтон, приближаясь к неподвижно стоящей даме. - Решила сделать мне сюрприз, появившись на корабле первой?
-Н-нет, - Миранда нервно сглотнула, пока не решаясь обернуться на собеседника. - Я гулять п-пошла...
-С вещами? - лейтенант не мог разговаривать с затылком, поэтому обошел жену и встал перед ней, внимательно глядя той в лицо. - И в такой поздний час? - женщина решила молчать, поэтому потупила взгляд и стала внимательно созерцать сапоги мужа. Тот, естественно, не дождался ответа, поэтому продолжил говорить. - Ладно, проваливай, - несколько надменно сообщил он. - Я только рад тому, что ты наконец-то уходишь. Храни Господь того, кто меня избавил от этого кошмара, - Ричард с радостным ощущением внутри вернулся в свою комнату, чтобы завершить погрузку вещей. Миранда же, облегченно вздохнув, быстро переместилась к экипажу, что ждал ее за углом особняка - уже внутри транспорта, перед этим облобызав любовника, она вознегодовала - ее так просто отпустили, что даже как-то обидно стало. Ни привычного ора, ни диких криков о том, как ее можно убить, даже пощечины не было - неужели она так мало стоит?
Рик тем временем закрыл свой сундук, поставил его у входа, и, переодевшись, в приподнятом настроении лег спать - день определенно удался.

0

70

Напиться не удалось, так как в месте празднования особняка содержалось ничтожно малое количество алкоголя, причем такого, что Фриц был уверен, что его предварительно разбавили водой. Только слегка окосевший, а оттого агрессивный немец уже наорал на всех лакеев, что крутились неподалеку, обвиняя их в махинациях с составом коньяка, но усмирили разбушевавшегося Вергахенхайта вскоре – какая-то группа мужчин, чинно стоящих кружочком, обернулась к нему и деликатно попросила заткнуться. Сбитый с толку их вежливостью, Фриц озадаченно притих и теперь хмуро сидел за столом, постукивая пальцем по его поверхности.
С «снятием» дамы тоже возникли проблемы – едва знакомство, весьма удачное, кстати говоря, и благополучно скрытое от доброжелателей Дианы, должно было продолжиться где-нибудь за углом, дама вдруг ни с того ни с сего, не дойдя до нужного угла пары метров, догадалась, зачем она туда идет и начала что-то вопить о том, что она из приличного общества. Вергахенхайт снова был повергнут в ступор и, в очередной раз раздражая сидящих рядом людей стуком пальцев по столу, размышлял о том, почему дамы, что на дне рождения Астрид были просты и доступны, тут вдруг стали приличным обществом. Сия загадка женской логики не была им разгадана, а потому Фриц, разочаровавшийся в происходящем торжестве, принялся следить за людьми, что кучками стояли по всему залу.
Ричард, мелькающий то там, то тут, был пойман Патриком, Миранда с чинным видом поедала пудинг, что стоял перед ней на столе, мимо бодро проскакала какая-то восторженная Диана (гордилась, небось, что благодаря замужеству проскочила в высшее общество, дико скучное, кстати говоря). Адальберта, разинув рот, слушала какого-то господина, что читал лекцию о приличиях в обществе и какой-то социальной морали, а Отто, стоя неподалеку, с неподдельным увлечением перечитывал какое-то объявление на стене. Мимо пронеслась злая красная Николь, волоча за собой измазанного в торте Кристиана – вели его, видать, отмываться. У стены с каким-то сосредоточенным видом затесалась Астрид. Фриц, найдя в ней, в который раз, единомышленника, незамедлительно переместился к даме и вопросил:
-Что, скучно? – Фриц облокотился о стену, возле которой околачивалась Миллер.
-Относительно, - Астрид отпихнула Фрица от стены. – Не загораживай обзор.
Вергахенхайт с любопытством посмотрел на то, что до этого загораживал, и обнаружил самого обычного Ричарда, которому самый обычный Патрик читал нотации.
-Следишь что ли?
-Наблюдаю, - кивнула Астрид. – Чтобы та овца, - она кивнула в сторону Миранды, - к нему не больно то часто подходила.
-Если ты забыла, эта овца уже его жена, - хмыкнул Фриц, довольно созерцая скривившуюся физиономию Миллер. - Им жить вместе.
-Жена она или нет – а все равно корова страшная, - отрезала Астрид.
-Почему корова? – Фриц вопросительно покосился на Миранду. – Постройнее тебя будет, - он снова оценивающе оглядел супругу Рика. – Ну, по крайней мере, все еще. А то она уже пол стола выжрала.
-О чем беседуете? – внезапно подскочил к ним Патрик. Вероятно, заметил, что уж больно часто собеседники поворачиваются в сторону его дочуры.
-Обсуждаем, насколько прекрасна ваша дочь в этом платье, - расплылась в улыбке Астрид. Патрик легко повелся на лесть.
-Что вы, это заслуга нашего портного, - он торжественно положил руки на плечи Астрид и Фрица. – Ладно, я вас оставлю, - и чинно поперся своей дорогой. Не успел Фриц скорчить ему вслед рожу, как Патрик снова обернулся (Вергахенхайт замер с нелепым выражением лица) и добавил: - Кстати, скоро начнутся танцы.
-Танцы?! – Астрид заулыбалась, оглядывая весь зал. Рик еще кое-где мелькнул и благополучно скрылся. – Черт.
-Видимо, его уже предупредили, - пожал плечами Фриц, запихивая руки в карманы.
-Да он вообще, - вздохнула Миллер.
Тут тихий мотив скрипок резко стих и, спустя пару секунд тишины, оркестр заиграл гораздо громче и протяжней. Зал заметался, каждый стремительно искал себе пару. Чуть притормаживающие Фриц и Астрид благополучно прозевали всех нормальных компаньонов и, хмуро оглядев оставшихся в сторонке старичков и женщин за пятьдесят, со вздохом поплелись танцевать вместе, ибо стоять у стены, как отбросам общества, вовсе не хотелось.
После того, как настал черед менять партнеров в менуэте, Фриц поспешно схватил за локоть какую-то даму в желтом платье, а затем впихнул ее кавалеру Астрид – так был совершен довольно равноправный обмен. Дама, с которой Фриц танцевал, была какая-то мелкая, но довольно неуклюжая – она как-то, при своем малом весе, умудрялась отдавить Вергахенхайту все ноги. Устав терпеть подобные хождения по своим конечностям, Фриц попросту поднял даму над поверхностью земли и, самодовольно любуясь ее обескураженным лицом, последний раз крутанул партнершу и поставил ее на место.
В то время, как все танцевали ригодон, когда нужно было скакать и всячески переставлять ноги (Фриц танцевал с какой-то пьяной дамочкой, так что они вместе благополучно путались и спотыкались друг о друга), произошел неприятный инцидент. Дэвид, тот самый, что вызвал Фрица на дуэль, так бодро плясал с необъятной старушкой, что не выдержал и, покраснев, рухнул на пол. Оркестр озадаченно притих, гости сгрудились над телом. Кто-то важно объявил:
-Похоже, его сердце не выдержало нагрузки, - Дэвиду пощупали пульс. – Он мертв.
-Да-а-а, - задумчиво добавил кто-то сбоку. – Еще бы, выпивка и танцы – а ведь ему уже не двадцать лет. Не стоило ему так себя перегружать.
-Пф, - отозвался Фриц, убедившись, что туловище принадлежит тому самому дуэлянту. – Слава Богу, - и, не дожидаясь, пока его начнут пилить всякие сознательные личности, направился прочь.
Гости со свадьбы, трезвые и по-прежнему невеселые, стали расходиться ближе к ночи. Фриц, продолжив логическую цепь о дамах из приличного общества, последовал за одной из них к выходу. И, на те – так и оказалось – при выходе из особняка все дамы вновь становились доступными и простыми. Так что, без особых усилий, Вергахенхайт с какой-то вечно хихикающей мисс переместился за сцену, на которой Патрик минувшим днем выступал. После, уже выползающего из-за сцены, его подловила Диана, после чего, наорав и порыдав, она сообщила, что утопится в Темзе и последовала, собственно, к реке, благо та была неподалеку. Вергахенхайт сначала решил, что это дешевый развод, но потом таки прошел за супругой. Обнаружил он ту уже по колено в воде – она брезгливо отодвигала рукой плывущий по поверхности реки мусор. Завидев мужа, она вновь приняла трагичный вид и, картинно закинув голову назад, сделала вид, что падает. На попытки вытащить из воды реагировала агрессивно – отбивалась и снова рыдала. Наконец, полностью вымокнув, Вергахенхайт вытянул такую же мокрую Диану из реки, и, оба замерзшие и злобные, они переместились обратно на свадьбу, которая уже подошла к концу.

Рик из своей квартиры переехал, так что семейству Вергахенхайтов стало гораздо больше простора. Вэнди выбивалась из сил, даже с помощью слуг, привезенных из Баварии (с трудом изъясняющихся по-английски), а под конец сего отпуска и вовсе убитым голосом сообщила, что увольняется, так как она плохая горничная. Фриц, ужаснувшись перспективе искать в дальнейшем новую прислугу для старой квартиры Рика, буквально на коленях умолял Вэнди остаться, и она, гордая таким вниманием к своей персоне, согласилась еще поработать.
Адальберта так привыкла к макаронам что, когда Вэнди приготовила ей, наконец, злополучный жульен, не стала его есть и потребовала «тех гадких мучных изделий – хоть их ты нормально готовишь». Отто был замечен Фрицем за чтением той самой книги «Езда на остров любви», к которой в свое время придирался Эразм Зильберманн. Кристиан с Николь вечно шлялись по разным ресторанам. Диана мирно вязала шарфик и преимущественно молчала, что даже вызвало у Фрица приступы умиления. Изредка приходил Ричард или Карлос, или оба сразу, были распиты значительные количества алкоголя, но уже не настолько огромные, как все время бывали в Мюнхене. Видимо, чувство меры стало постепенно зарождаться в головах наших балбесов. Или нет?
Когда Каррингтон сообщил что, оказывается, жена-то его от него сбежала, Фриц был в диком восторге. Он, в приступе неутомимого счастья, скакал по всей квартире, обнимая всех, на кого натыкался. Встретив Диану, он привел ей Миранду как пример правильной жены. Диана сообщила, что ни за что не уйдет ни к кому другому, так что восторг Фрица стал постепенно утихать.
Когда Рик был еще со старой компанией, его как-то нашел Патрик. Он просил прощения за свою дочь и очень сожалел о расторгнутом союзе. Фриц, одолеваемый сдерживаемыми эмоциями, отломал ручку чашки, из которой в тот момент пил чай.
Наконец, объявился Голдман. Также посочувствовав Рику (тут оба лейтенанта не сдержались и наорали на Голдмана за его недогадливость), капитан объявил, что все они снова отправляются на работу. И поплывут за экватор, в сторону Южной Америки.

0


Вы здесь » Два балбеса и их тяжёлая жисть х) » Похождения балбесов » «Случилось страшное и непоправимое – я женюсь» (с)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC